Вход
Регистрация Зарегистрируйтесь, чтобы получить расширенные возможности...

Символ

Си́мвол (греч. σψμβολον — знак, сигнал, признак, примета, залог, пароль, эмблема ), знак, который связан с обозначаемой им предметностью так, что смысл знака и его предмет представлены только самим знаком и раскрываются лишь через его интерпретацию.
Редактировать

Природа символа

В отличие от образа, символ не самодостаточен и «служит» своему денотату (предмету), требуя не только переживания, но также проникновения и толкования. В искусстве, особенно в его высоких достижениях, грань между образом и символом трудно определима, если не учитывать, что художественный образ приобретает символическое звучание, тогда как символ изначально связан со своим предметом. В отличие от понятия, для которого однозначность является преимуществом (по сравнению, например, со словом естественного языка), сила символа в его многозначности и динамике перехода от смысла к смыслу. В отличие от аллегории и эмблемы, символ не является иносказанием, которое снимается подстановкой вместо него прямого смысла: смысл символа не имеет простого наличного существования, к которому можно было бы отослать интерпретирующее сознание. В отличие от притчи и мифа, символ не предполагает развернутого повествования (нарративной формы) и может иметь сколь угодно сжатую форму экспрессии. В отличие от метафоры, символ может переносить свойства предметов и устанавливать те или иные их соответствия не для взаимоописания этих предметов, а для отсылки к «неописуемому». В отличие от знамения, символ не является знаком временного или пространственного явления сверхприродной реальности, поскольку допускает наличие бесконечно большой дистанции между собой и своим интенциональным предметом.
Специфическими отличиями символа от всех упомянутых знаковых тропов являются следующие его функции: 1) способность символа к бесконечному раскрытию своего содержания в процессе соотнесения со своей предметностью при сохранении и «неотменимости» данной символической формы; 2) способность символа, связанная с опытом его толкования, устанавливать коммуникацию, которая, в свою очередь, создает (актуально или потенциально) сообщество «посвященных», т. е. субъектов, находящихся в поле действия и относительной понятности символов (например, церковь, направление в искустве, эзотерический кружок, культурный ритуал); при этом эзотеричность символа уравновешивается его «демократичностью», поскольку каждый может найти свой, доступный ему уровень понимания символа, не впадая в профанацию; 2) устойчивое тяготение символа к восхождению от данных «частей» к действительному и предполагаемому «целому». Символ в этом случае является местом встречи того, что само по себе несоединимо.
Редактировать

Символ в философии и культуре

Уже у истоков философского мышления (досократики, Упанишады) мы находим искусство построения символов, в тех случаях, когда понятие сталкивается с трансцендентным. Но как философская проблема символ осознается (если говорить о западной традиции) Платоном, который ставит вопрос о самой возможности адекватной формы абсолютного. Эйдосы, которые не суть ни абстракции, ни образы, в этом контексте можно понимать именно как символы. Европейское средневековье делает символ одним из общекультурных принципов, однако предметом рефлексии и культивирования в первую очередь становятся эмблематические возможности символа, собственная же его специфика выявляется лишь в творческой практике культурного взлета 13 — нач.14 вв. Ситуация существенно не меняется вплоть до последней четверти 18 в.: Возрождение, Маньеризм, Барокко, Просвещение богаты своими символическими художественными и религиозными мирами, но не видят при этом в символе ничего, кроме средства иносказания и «геральдической» репрезентации.
Новый поворот темы возникает в связи с кантовским учением о воображении. Здесь символ впервые приобретает статус особого способа духовного освоения реальности. В это же время Гете приходит к интуиции «пра-феномена», т. е. своего рода объективного символа, рожденного органической природой. В философии немецкого романтизма (Новалис, Ф. Шлегель, Шеллинг, Крейцер и др.) разворачивается целая философия символа, раскрывающая его специфику в связи с основными темами романтической эстетики (творчество, гений, ирония, взаимосоответствия и переклички миров в универсуме). Близкую романтизму версию дает Шопенгауэр, изображающий мир как символизацию бессодержательной воли в идеях и представлениях. Как вариант романтической темы символа можно рассматривать концепцию «косвенных сообщений» Кьеркегора.
Во второй половине 19 в. осмысление проблемы символа берет на себя философствующее искусство: в музыку и литературу приходит миф, истолкованный не как формальная оболочка смысла, а как смыслопорождающая стихия (наиболее показателен Р. Вагнер — практик и теоретик ). С 1880-х гг. символизм как художественное течение и теоретическое самообоснование, вбирая в себя и романтическое наследие и идеи философии жизни, создает в полемике с позитивизмом новую философию символа, претендующую на тотальную мифологизацию не только творчества, но и жизни творящего субъекта. Русское ответвление символизма конца 19 — нач. 20 вв. дает обильные философские плоды: в построениях В. С. Соловьева, Андрея Белого, Вяч. И. Иванова, П. А. Флоренского, А. Ф. Лосева символизм получает систематическое многовариантное философское обоснование.
Течения западной мысли 20 в. представляют несколько моделей понимания символа. Выросшая из неокантианства «Философия символических форм» Кассирера делает символ универсальным способом объяснения духовной реальности. «Глубинная психология» Юнга и его школы, наследуя открытый психоанализом феномен символа, укорененного в коллективном бессознательном, переходит от установки Фрейда на разоблачение символа к его легитимизации и сознательного включения символов и архетипов в процессы самовыражения и самопостроения души. Философия языка вскрывает символический потенциал, позволяющий естественному языку играть роль миросозидающей силы. Если аналитическая традиция склонна при этом «обезвреживать» мифологию языка и его символы в пользу рациональности и смысловой прозрачности, то «фундаментальная онтология» Хайдеггера и герменевтика Гадамера пытаются освободить язык от сциентистской цензуры и позволить символу быть самодостаточным средством понимания мира. Показательно, что Хайдеггер и Витгенштейн сходятся в признании необходимости символически означить «то, о чем нельзя сказать» при помощи «молчания» (Витгенштейн) или «вслушивания в бытие» (Хайдеггер). Структурализм Леви-стросса исследует механизмы функционирования символа в первобытном бессознательном (бриколаж), не избегая проекций на современную культуру. Новейшая философия Запада сохраняет проблематику символа в превращенных формах в той мере, в какой остается актуальной задача размежевания и аксиологической оценки различных типов знаковой активности человека и культуры.
Символ как элемент и инструмент культуры становится специальным предметом внимания и научного исследования в связи с формированием новой гуманитарной дисциплины — культурологии. В одних случаях культура в целом трактуется как символическая реальность (как в «философии символических форм» Кассирера), в других — вырабатывается методология «расшифровки» того смысла, который бессознательно был придан объекту культуры, в третьих — символ изучается как сознательно творимое сообщение культуры, и в этом случае интерес представляет как поэтика его создания, так и механизмы его восприятия. Наиболее проблематичным остается понимание символов культуры, лишенных прямой эмблематичности: такими могут быть художественный образ, миф, религиозное или политическое деяние, ритуал, обычай и т. п.
Редактировать

Дополнительная литература

  • Аверинцев С. С. Знак, знамя, знамение // Аверинцев С. С. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977. С 109-128.
  • Белый А. Символизм как миропонимание. М., 1994.
  • Иванов Вяч. И. Лик и личины России: Эстетика и литературная теория. М., 1995.
  • Лосев А. Ф. Из ранних произведений. М., 1990.
  • Лосев А. Ф. Знак. Символ. Миф: Труды по языкознанию. М., 1982.
  • Мамардашвили М. К., Пятигорский А. М. Символ и сознание. М.,1997.
  • Свасьян К. А. Проблема символа в современной философии. Ереван, 1980.
  • Свасьян К. А. Философия символических форм Кассирера. Критический анализ. Ереван, 1989.
  • Символ в системе культуры. Тарту, 1987.
  • Символы в культуре. СПб., 1992.
  • Флоренский П. А. «Иконостас», «Symbolarium» // Флоренский П. А. Сочинения: В 4 т. М., 1996. Т. 2.
  • Cassirer E. Philosophie der symbolischen Formen. Darmstadt, 1980-1985. Bd. 1-3.
  • Bayne S. Secret and Symbol. Edinburg, 1949.
  • Foss M. Symbol and Metaphor in Human Experience. Princeton, 1949.
  • Kimpel B. The Symbols of Religious Faith. N.Y., 1954.
  • Looff H. Der Symbol-Begriff in der neueren Religionsphilosophie und Theologie. Koeln, 1955.
  • Guardini R. Sprache, Dichtung, Deutung. Wurzburg, 1962.
  • Sign, Image, Symbol. N. Y., 1966.
  • Словарь символов и знаков. - М.: АСТ; Минск: Харвест, 2006.
  • Захарян Т. Б. Сакральный символ в языке религии. - Екатеринбург, 2006.
  • Рылова Е. В. Символ как гармоническая структура речевого произведения. - Барнаул: Изд-во Алт. акад. экономики и права, 2005.
  • Фадеева Т. М. Образ и символ. - М.: Новалис, 2004.
  • Сурина М. О. Цвет и символ в искусстве, дизайне и архитектуре. - М.; Ростов н/Д: ИКЦ МарТ, 2003.
  • Символ в системе культуры: проблемы интерпретации текста. - Сыктывкар: Коми гос. пед. ин-т, 2003.
  • Фадеева И. Е. Символ в системе культуры: теория и феноменология. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2003.
Статья находится в рубриках
Яндекс.Метрика