;

Признание (Франция-Италия)

Признание (L"aveu) Франция — Италия, 1970, 138 мин. Политическая драма.
Фильм разрушает, развенчивает одно из наиболее устойчивых табу, укоренившихся в сознании. Речь идет о ранее политически запретной (прежде всего для нас и жителей Восточной Европы) теме подавления личности тоталитарными режимами. Когда Коста-Гаврас рассказывал о диктатурах в Греции («Дзета»), Уругвае («Осадное положение»), Чили («Пропавший без вести»), мы восторженно поддерживали его. А в ленте «Признание» режиссер обратился к автобиографическим запискам Артура Лондона, члена чехословацкого правительства и одного из обвиняемых по знаменитому «процессу Сланского» 1951 года (аналогичного тем процессам, которые были устроены в СССР в конце 30-х да и в конце 40-х годов). Можно предположить, что особый гнев у ревнителей идеологической невинности советского народа вызвало стремление постановщика расширить рамки повествования и включить в него хронику событий августа 1968 года, когда в Прагу вошли танки войск стран Варшавского договора. И сразу же Коста-Гаврас был обвинен в антикоммунизме и антисоветизме. Только в конце 80-х началась переоценка ценностей, пересмотр многих господствовавших десятилетиями догм. Стремительное демократическое обновление в странах Восточной Европы заставило изменить отношение также и к ряду событий прошлого. Поэтому снятая много лет назад картина оказалась актуальной (о чем свидетельствовала и ее запоздалая премьера в июне 1990 года в Москве).
Режиссеру удалось не только поведать о сложном, трагическом периоде сталинизма в истории Чехословакии. Он потрясающе воспроизвел механизм осуществления диктата власти, превращения даже незаурядной личности в «винтик» государственной машины, в добровольного «агнца», отдающего себя на заклание. Иезуитство диктатуры проявляется в том, как она заставляет людей доносить, в том числе на самих себя, давать «признательные показания», руководствуясь идеалами партии, народа, выполняя партийную дисциплину. Тоталитаризм держится не на одном лишь подавлении или «культе личности» — он в немалой степени обязан своей жизнеспособностью некоему «стадному чувству», желанию отдельного человека быть как все, не выделяться из толпы, даже той, что направляется к месту казни.
Коста-Гаврас не оставляет никаких иллюзий относительно заблуждений, исторических ошибок, «отклонений» партии от собственного верного курса. Главным конфликтом для режиссера в «Признании» является смертельный поединок человека и системы, вынуждающей (но исключительно «по собственному желанию») отклониться от личного «Я», раствориться с удовольствием и без остатка в вакханалии политического бесчеловечного террора, сыграть еще одну роль — раскаявшегося «козла отпущения» — в грандиозном спектакле вполне сакрального характера. Беспрекословная вера в партию и подчинение общим интересам — вот что, по мысли Коста-Гавраса, ломало в коммунистических застенках тех, кто прошел царские, буржуазные и гестаповские тюрьмы. И только чувство человеческого достоинства, уважения к самому себе, неподвластность процессу «массового оболванивания» позволяет выжить и даже вырваться в конце концов на свободу.
Строгая по манере, лишенная внешне напряженного развертывания событий, сосредоточенная на судьбе одного человека, лента «Признание» привлекает глубоким внутренним драматизмом, работой мысли. Оригинальность и художественная убедительность фильма проявляются в том, что максимально аутентичное воспроизведение эпохи, документальность материала не мешают, а наоборот, способствуют метафорическому истолкованию рассказанной истории. А актер Ив Монтан, расставшийся с левыми идеалами еще после событий в Будапеште в декабре 1956 года, сыграл одну из своих лучших и резко отличающуюся от других роль, по причине чего был срочно выведен из числа «лучших друзей СССР».
Сергей Кудрявцев
В ролях: Ив Монтан, Симона Синьоре, Габриеле Ферцетти, Мишель Витоль, Жан Буиз.
Режиссер Коста-Гаврас.
Статья находится в рубриках
Яндекс.Метрика