;

Последнее танго в Париже

«Последнее танго в Париже» (Ultimo tango a Parigi), Италия—Франция, 1972, 132 мин.
Философская драма.
После премьеры на Международном кинофестивале в Канне и по выходе на мировой экран фильм в нашей стране был заочно заклеймен как порнографический, и отголоски этого абсолютно ханжеского и невежественного суждения отыграны в сюжете новейшей картины В. Меньшова «Зависть богов» (2000). Между тем, «Последнее танго в Париже» — произведение высокого романтического напряжения, столь редкого в последней трети 20 века, разыгранное в современном мире, в котором романтизму уготовано одно лишь осмеяние и отторжение. Это очерченное силовое поле фильма разворачивало его сюжет в открыто трагических параметрах.
Случай сводит сорокапятилетнего американца Пола (роль Марлона Брандо, равновеликая его Дону Корлеоне в «Крестном отце» того же года) и юную француженку Жанну в пустой квартире по найму, где они, незнакомцы, не сказав друг другу ни слова, предаются охватившей их брутальной страсти. Впредь, за последующие три дня их безудержной любви, согласно обоюдному уговору, они ничего не должны знать друг о друге, даже имен. За скобками собственно любовного сюжета остаются как смерть жены героя, чье тело дожидается погребения в жалкой гостинице по соседству, и его отчаяние от этой утраты, так и буржуазное воспитание самой Жанны, которой выпал удобный случай перебеситься перед скорым замужеством за модным, амбициозными кинорежиссером, ее сверстником.
Не стоит забывать к тому же, что эта, на первый взгляд, асоциальная психологическая драма — если вообще не современная трагедия, — была поставлена в годы апогея итальянского политического кино автором, только что снятых «Конформиста» (1970) и «Стратегии паука» (1970), который сознательно перевел экранизированные им сюжеты А. Моравиа и Х. Л. Борхеса в откровенно политико-ангажированную плоскость именно в канун расцвета этого направления в западно-европейском кино. Вслед за «Последним танго в Париже» он же поставит программный социально-политический эпос «Двадцатый век» (1976), знаменовавший переход от злободневности политизированных лент к социальному анализу прошлых эпох национальной истории.
Уже сам контекст авторского творчества переводит локальный сюжет «Последнего танго в Париже», выписанный где-то на полях генеральной линии кино своего времени, совершенно в иные координаты. Потому-то финальные слова героини, сказанные ею полиции после убийства своего возлюбленного: «Я не знаю, кто он… Он преследовал меня… Он пытался меня изнасиловать… Он сумасшедший… Я даже не знаю, как его зовут…», — столь показательны и столь разоблачительны для целого поколения вчерашних буржуазных бунтарей. Эпоха романтизма и жизни «перед революцией» для них безвозвратно минула — любой ценой надо вписываться в суровые реалии нынешней действительности.
Валерий Босенко
Авторы сценария: Бернардо Бертолуччи, Франко Аркалли, Аньес Варда .
Оператор: Витторио Стораро.
Композитор: Гато Барбьери.
Статья находится в рубриках
Яндекс.Метрика